1. К страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если:

• вследствие умысла указанного лица был причинен вред жизни или здоровью потерпевшего;
• вред был причинен указанным лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного);
• указанное лицо не имело права на управление транспортным средством, при использовании которого им был причинен вред;
• указанное лицо скрылось с места дорожно-транспортного происшествия;
• указанное лицо не включено в договор обязательного страхования в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства только указанными в договоре обязательного страхования водителями);
• страховой случай наступил при использовании указанным лицом транспортного средства в период, не предусмотренный договором обязательного страхования (при заключении договора обязательного страхования с условием использования транспортного средства в период, предусмотренный договором обязательного страхования);
• указанное лицо в случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции не направило страховщику, застраховавшему его гражданскую ответственность, экземпляр заполненного совместно с потерпевшим бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии в течение пяти рабочих дней со дня дорожно-транспортного происшествия;
• до истечения 15 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня дорожно-транспортного происшествия указанное лицо в случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции приступило к ремонту или утилизации транспортного средства, при использовании которого им был причинен вред, и (или) не представило по требованию страховщика данное транспортное средство для проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы;
• на момент наступления страхового случая истек срок действия диагностической карты, содержащей сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств, легкового такси, автобуса или грузового автомобиля, предназначенного и оборудованного для перевозок пассажиров, с числом мест для сидения более чем восемь (кроме места для водителя), специализированного транспортного средства, предназначенного и оборудованного для перевозок опасных грузов;
• страхователь при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

2. Страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере осуществленного страхового возмещения к оператору технического осмотра, выдавшему диагностическую карту, содержащую сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств, если страховой случай наступил вследствие неисправности транспортного средства и такая неисправность выявлена или могла быть выявлена в момент проведения технического осмотра этим оператором технического осмотра, но сведения о ней не были внесены в диагностическую карту.

3. Страховщик вправе требовать от лиц, указанных в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, возмещения расходов, понесенных при рассмотрении страхового случая.

4. Положения настоящей статьи распространяются на случаи возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия, страховщиком, застраховавшим его гражданскую ответственность, с учетом особенностей, установленных статьей 14.1 настоящего Федерального закона.

Комментарий к ст. 14 Закона об ОСАГО

1. Комментируемая статья определяет основания для предъявления регрессных требований страховой организацией в пределах выплаченного страхового возмещения. Регресс в силу п. 1 ст. 1081 ГК РФ представляет собой право обратного требования лица, возместившего вред потерпевшему вместо причинителя вреда, к этому причинителю. Сущность регресса, таким образом, сводится к замене должника в обязательстве из причинения вреда. Регресс следует отличать от суброгации - последняя также представляет собой обратное требование, которое, в свою очередь, обусловлено переходом к страховщику прав страхователя на возмещение ущерба (ст. 965 ГК РФ). Суброгация применяется в имущественном страховании в части убытков, возмещаемых в результате такого страхования.

Пример: ООО "РГС-С" обратилось в суд с иском к ЗАО "Светлое" о взыскании с ответчика в порядке регресса суммы выплаченного страхового возмещения. Решением суда исковые требования были удовлетворены в полном объеме, поскольку в ходе рассмотрения дела было установлено, что водитель ЗАО "Светлое" скрылся с места происшествия. Ответчик обратился в вышестоящий суд с кассационной жалобой, полагая, что не может нести ответственность за своего работника, управлявшего транспортным средством без командировочного удостоверения. В жалобе также отмечалось, что, удовлетворяя иск, суд необоснованно сослался на ст. 965 ГК РФ, хотя требование о суброгации истцом не заявлялось.

ФАС Западно-Сибирского округа, оставляя принятое решение в силе в части удовлетворения иска, указал на то, что причинение вреда работником ответчика в процессе исполнения трудовых обязанностей подтверждено материалами дела. Однако было отмечено также, что у суда не имелось оснований ссылаться на ст. 965 ГК РФ, поскольку требование о регрессе вытекает из прямого указания специального закона и не является суброгационным требованием по своей правовой природе (см. подробнее Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 13 сентября 2007 г. N Ф04-5818/2007(37498-А45-8)).

Наиболее существенные отличия регресса от суброгации состоят в следующем:

• право регресса возникает из отношений по причинению вреда, право суброгации - из договорного (страхового) отношения;
• право регресса возникает только в случаях, предусмотренных законом, право суброгации предполагается в договорах имущественного страхования (условие договора, исключающее суброгацию, ничтожно);
• при регрессе, помимо обязательства из причинения вреда, возникает дополнительное обязательство (между страховщиком и причинителем вреда (страхователем, застрахованным лицом)), в случае с суброгацией, напротив, дополнительного обязательства не возникает - в действующем обязательстве происходит замена кредитора (страхователь передает страховщику свое право требования).

2. В научной литературе справедливо обращается внимание на значение регресса как средства:

• позволяющего гарантировать имущественные интересы потерпевших в случае ненадлежащего исполнения своих обязанностей по договору ОСАГО страхователями и (или) застрахованными лицами, а равно имущественные интересы страховых организаций в соответствующих случаях (речь идет об основаниях для предъявления регрессных требований, которые содержатся в подп. "д", "е", "ж", "з" п. 1 комментируемой статьи);
• оказывающего превентивно-воспитательное воздействие на причинителя вреда, стимулирующего его воздерживаться от нарушения Правил дорожного движения под угрозой отказа в предоставлении страховой защиты (подп. "а", "б", "в", "г", "и" п. 1 комментируемой статьи).

Необходимо различать такие основания для предъявления регрессных требований, как отсутствие права на управление транспортным средством, при использовании которого был причинен вред, и причинение вреда лицом, не включенным в договор ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством.

Верховный Суд РФ, отвечая на вопрос о том, как следует понимать фразу "лицо не имело права управлять транспортным средством", отметил, что согласно ст. ст. 25, 27 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" право на управление транспортным средством предоставляется гражданам, достигшим определенного возраста, после соответствующей подготовки и сдачи квалификационных экзаменов и подтверждается водительским удостоверением. Учитывая изложенное, под данной фразой следует понимать отсутствие у лица водительского удостоверения в связи с тем, что данное лицо не прошло соответствующую подготовку и не сдало квалификационный экзамен. Кроме того, к лицам, не имеющим права на управление транспортным средством, приравниваются лица, управляющие автомобилем не той категории, на которую они имеют право управления, а также лица, лишенные такого права вследствие совершения ими правонарушения (см. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2006 г. от 7 июня 2006 г., 14 июня 2006 г.).

Причинение вреда лицом, не включенным в договор ОСАГО, имеет место в тех случаях, когда страхователем не исполняется закрепленная в п. 3 ст. 16 комментируемого Закона обязанность - незамедлительно сообщить страховщику о передаче управления транспортным средством водителю, не указанному в страховом полисе. Регресс в таких случаях направлен на защиту прав страховщика, вынужденного производить страховые выплаты при наступлении гражданской ответственности лиц, обязанность по предоставлению страховой защиты которым он на себя не принимал. Гражданская ответственность таких лиц, управляющих транспортными средствами на законных основаниях и допущенных к участию в дорожном движении (имеющих право на управление транспортным средством), признается застрахованной для целей возмещения вреда жизни, здоровью и имуществу потерпевшего, который является наименее защищенной стороной из всех участников правоотношения по обязательному страхованию. Таким образом, законодатель устанавливает дополнительную гарантию реализации прав потерпевших, для которых право на возмещение ущерба не должно ставиться в зависимость от исполнения владельцем транспортного средства обязанности по страхованию риска своей гражданской ответственности.

Необходимо учитывать, что фактическая продажа транспортного средства (заключение договора-купли продажи "по доверенности") без регистрации перехода права собственности не влечет за собой прекращения обязательств по договору ОСАГО, если стороны не выступили инициаторами такового. Собственник транспортного средства остается страхователем по договору ОСАГО, при этом обязательства страховой организации распространяются на лицо, владеющее транспортным средством по доверенности, даже если оно не указано в страховом полисе.

Пример: ООО "М" обратилось в суд с иском к Ф. о возмещении страховой суммы в порядке регресса (ответчик не был вписан в страховой полис ОСАГО как владелец транспортного средства, при управлении которым был причинен вред). Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что между собственником транспортного средства Т. и Ф. был заключен договор купли-продажи без регистрации перехода права собственности в установленном порядке ("по доверенности"). В договоре ОСАГО в качестве страхователя указывался прежний собственник Т. Однако фактически собственником являлся Ф. Таким образом, страховой случай не наступил и правовые основания для предъявления регрессного требования у истца не возникли, так как транспортное средство находилось в собственности ответчика Ф., а не страхователя по страховому договору Т.

Отменяя принятое по делу решение, суд апелляционной инстанции указал на то, что лица, владеющие транспортным средством на законном основании, являются участниками страхового правоотношения на стороне страхователя независимо от того, указаны они в страховом полисе или нет. Страхователь вправе досрочно прекратить действие договора ОСАГО в случае смены собственника транспортного средства. Однако ни Т., ни Ф. после продажи автомобиля в страховую компанию с заявлением о досрочном прекращении договора ОСАГО не обращались, страховые взносы не возвращались. Следовательно, спорный договор действовал на момент ДТП (см. подробнее Определение Ивановского областного суда по делу N 33-282).

Вместе с тем спорной с точки зрения развития судебной практики является ситуация, когда вред причинен при использовании транспортного средства лицом, не имеющим законных оснований для владения таковым (в том числе в случае неправомерного завладения транспортным средством).

Пример: ООО "СК Коместра" произвело страховую выплату по договору имущественного страхования (страхования транспортного средства) и обратилось в суд с иском о возмещении соответствующей суммы в порядке суброгации к страховщику гражданской ответственности причинителя вреда ООО "Р". Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований было отказано, поскольку М. (причинитель вреда) на момент ДТП управлял транспортным средством при отсутствии на то законных оснований, следовательно, для ООО "Р" страховой случай не наступил.

Отменяя данное решение и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал на то, что страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу в размере произведенной страховщиком страховой выплаты, если указанное лицо не имело права на управление транспортным средством, при использовании которого им был причинен вред. Исходя из указанного, предусмотрены гарантии для страховщика, произведшего страховую выплату за причинение вреда лицом, не имевшим права на управление транспортным средством, при использовании которого им причинен вред, - право регрессного требования к причинившему вред лицу (его законному представителю, если лицо является несовершеннолетним - ст. ст. 1073, 1074 ГК РФ) (см. подробнее Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 1 февраля 2011 г. по делу N А27-4052/2010).

Позицию суда, выраженную в приведенном примере, можно назвать как минимум спорной - в силу определения страхового случая, содержащегося в абз. 11 ст. 1 комментируемого Закона, под ним следует понимать наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства, т.е. его собственника, лица, владеющего таким транспортными средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и т.п.). Риск наступления гражданской ответственности указанных лиц признается застрахованным независимо от того, включены ли они в число застрахованных лиц (страхователей) в договоре ОСАГО с условием ограниченного перечня водителей, допускаемых к управлению транспортным средством, или нет.

Вместе с тем не может считаться застрахованной гражданская ответственность причинителей вреда, неправомерно завладевших транспортным средством, - следует полагать, что страховой случай при этом не наступает, однако у потерпевшего возникает основание для предъявления требований о компенсационной выплате, предусмотренное подп. "г" п. 1 ст. 18 комментируемого Закона (отсутствие договора ОСАГО, по которому застрахована гражданская ответственность причинившего вред лица, из-за неисполнения им обязанности по страхованию своей гражданской ответственности). Профессиональное объединение страховщиков (Российский союз автостраховщиков), выплатившее потерпевшему компенсационную выплату по данному основанию, приобретает право регрессного требования к причинителю вреда уже на основании п. 1 ст. 20 комментируемого Закона.

Применительно к таким основаниям для предъявления регрессных требований, как оставление места ДТП (подп. "г" п. 1 комментируемой статьи) и причинение вреда лицом при управлении транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного) (подп. "г" п. 1 комментируемой статьи) принципиальное значение имеет решение вопроса о необходимости (отсутствии необходимости) привлечения соответствующих лиц к административной ответственности по ст. 12.27 "Невыполнение обязанностей в связи с дорожно-транспортным происшествием" и ст. 12.8 "Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения" для решения вопроса о правомерности регрессных требований.

Судебная практика по-разному подходит к данному вопросу.

Пример: ЗАО "МАКС" обратилось в суд с иском к П. о взыскании денежных средств в порядке регресса. В обоснование иска указывалось, что истец выполнил обязательства по выплате страхового возмещения в связи с наступлением гражданской ответственности П. Поскольку в момент ДТП П. находился в состоянии алкогольного опьянения, у ЗАО "МАКС" возникло право обратного требования (регресса). Возражая против удовлетворения иска, ответчик отмечал, что нахождение его в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения не доказано и не установлено в предусмотренном законом порядке. Технические средства измерения паров этанола не применялись. Сам по себе факт отказа от прохождения медицинского освидетельствования на алкогольное опьянение не свидетельствует о его наличии.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что П. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ "Невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения". Из протокола об отстранении от управления транспортным средством следовало, что основанием предполагать у П. состояние алкогольного опьянения явились наличие у него запаха алкоголя изо рта, невнятная речь, шаткая походка. Указанные признаки зафиксированы в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения (см. подробнее Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 24 июня 2014 г. по делу N 33-5294/2014).

В другом случае, отказывая страховой организации в удовлетворении регрессных требований, суд указал, что позиция истца основана исключительно на сведениях о внешних признаках алкогольного опьянения, содержащихся в протоколе об отстранении ответчика от управления автомобилем и в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование. Вместе с тем ответчик к административной ответственности по ст. 12.8 КоАП РФ не привлечен. Медицинских документов, подтверждающих нахождение в крови ответчика алкоголя и количество промилле алкоголя, в материалах дела не имеется (см. Определение Нижегородского областного суда по делу N 33-1305/2012).

Следует полагать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения вправе проводить должностное лицо, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида. Медицинское освидетельствование на состояние опьянения вправе проводить врач-психиатр - нарколог либо врач другой специальности (в сельской местности при невозможности проведения освидетельствования врачом - фельдшер), прошедший в установленном порядке соответствующую подготовку.

Относительно фактов оставления места ДТП судами во внимание могут быть приняты все доказательства, свидетельствующие о наличии умысла на совершение такого деяния.

Пример: ЗАО "МАКС" обратилось в суд с иском к И., в котором просило взыскать с ответчика денежные средства в порядке регресса. Исковые требования были мотивированы тем, что И., причинив механические повреждения другому транспортному средству, скрылся с места ДТП. Ответчик возражал против удовлетворения иска, полагая, что с места ДТП не скрывался, а лишь убрал свое транспортное средство, поскольку оно полностью перегородило проезжую часть, отсутствовал при этом 15 - 20 минут. К административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ не привлекался.

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что материалы дела об административном правонарушении не имеют преюдициального значения в силу ст. 61 ГПК РФ. Оставление места ДТП ответчиком подтверждено рапортом инспектора ДПС, объяснениями других участников ДТП (см. подробнее Апелляционное определение Томского областного суда от 14 октября 2014 г. по делу N 33-3003/2014).

В другом случае, отказывая в удовлетворении регрессных требований, суд указал на то, что водитель, гражданская ответственность которого была застрахована истцом, не привлекался к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, доказательства умышленного оставления им места происшествия отсутствуют (см. Постановление ФАС Поволжского округа от 15 марта 2011 г. по делу N А65-16486/2010).

3. Оператор технического осмотра, упомянутый в п. 2 комментируемой статьи, - юридическое лицо или индивидуальный предприниматель (в том числе дилер), аккредитованные в установленном порядке на право проведения технического осмотра (см. Федеральный закон от 1 июля 2011 г. N 170-ФЗ "О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"). Аккредитация операторов технического осмотра осуществляется профессиональным объединением страховщиков в порядке, установленном Правилами аккредитации операторов технического осмотра, утв. Приказом Минэкономразвития России от 28 ноября 2011 г. N 697.

В обязанности оператора технического осмотра входит:

• оказание услуг, связанных с проведением технического осмотра, за исключением случая оказания услуг по проведению технического осмотра транспортных средств дилером, любому лицу, обратившемуся за ее оказанием, вне зависимости от места жительства физического лица, места нахождения юридического лица, места регистрации транспортного средства;
• отказ в выдаче диагностической карты при несоответствии транспортного средства хотя бы одному из обязательных требований безопасности транспортных средств;
• передача в установленном порядке информации, необходимой для ведения единой автоматизированной информационной системы технического осмотра;
• обеспечение учета, хранения и уничтожения диагностических карт;
• обеспечение сохранности транспортного средства, представленного для проведения технического осмотра.

Таким образом, оператор технического осмотра несет ответственность за соответствие технического состояния транспортного средства обязательным требованиям безопасности. Возможность взыскания страховой выплаты в порядке регресса с оператора, выдавшего диагностическую карту при фактическом несоблюдении таких требований, представляет собой одну из разновидностей санкций, применяемых к операторам технического осмотра в системе ОСАГО.

4. Как следует из п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо или гражданин возмещают вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. В п. 1 ст. 1081 ГК РФ отмечается, что соответствующие юридическое лицо либо гражданин после возмещения причиненного вреда приобретают право регрессного требования к своему работнику. В этой связи закономерно возникает вопрос, к кому следует обращать свое регрессное требование страховщику, если вред причинен работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей и имеется одно из оснований для предъявления регрессных требований, предусмотренных комментируемой статьей. Судебная практика идет по пути удовлетворения регрессных требований за счет работодателей.

Пример: ООО "Р" обратилось в суд с иском к ОАО "БПС" о взыскании задолженности в порядке регресса. Из материалов дела следовало, что водитель ответчика К. допустил ДТП, выразившееся в падении пассажира в салоне маршрутного автобуса в результате резкого торможения. Вступившим в законную силу постановлением мирового судьи К. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ. Истец произвел выплату страхового возмещения в пользу потерпевшего в счет возмещения вреда здоровью.

ОАО "БПС" возражало против удовлетворения иска, полагая, что регрессные требования должны быть удовлетворены непосредственным причинителем вреда - К. Удовлетворяя иск, суд исходил из того, что лицо, управляющее транспортным средством на основании трудового договора, не является владельцем транспортного средства, поскольку за действия такого лица отвечает работодатель (см. подробнее Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 31 января 2014 г. по делу N А03-4339/2013).

В приведенном примере работодатель не лишен права обратиться с регрессным иском к своему работнику. Однако следует иметь в виду, что предъявление регрессных требований является правом, а не обязанностью (причем как для работодателя, так и для страховщика).