1. Конституционный Суд Российской Федерации состоит из 19 судей.

2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации:

• а) федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации;
• б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации;
• в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации;
• г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации*(26).

3. Конституционный Суд Российской Федерации разрешает споры о компетенции:

• а) между федеральными органами государственной власти;
• б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;
• в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

4. Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом.

5. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

6. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению.

7. Конституционный Суд Российской Федерации по запросу Совета Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления.

Комментарий к Ст. 125 КРФ

1. Статьи Конституции об институтах власти обычно начинаются с определения, характеризующего в краткой форме юридическую природу, функциональную направленность и место в системе власти соответствующего органа (ст. 80, 94, 110, 126, 127). Комментируемая статья не содержит определения Конституционного Суда в отличие от названных статей, а также от прежней конституционной регламентации его статуса. Часть 1 ст. 125 устанавливает лишь количественный состав Конституционного Суда. Такая пробельность имеет свое объяснение.

Россия, проводя демократические преобразования, стала первой на территории СССР, учредившей в декабре 1990 г. специализированный орган судебного конституционного контроля, внеся изменения в ст. 119 Конституции РСФСР (Ведомости РСФСР. 1990. N 29. Ст. 395). 12 июля 1991 г. был принят Закон РСФСР "О Конституционном Суде РСФСР" (Ведомости РСФСР. 1991. N 30. Ст. 1017), в октябре 1991 г. избран его первый состав.

Деятельность Конституционного Суда в 1992-1993 гг. внесла существенный вклад в становление конституционного правосудия в России, однако получила неоднозначную оценку в обществе. В условиях острой конфронтации между законодательной и исполнительной властями Конституционный Суд оказался вовлеченным в водоворот политических страстей, что в итоге привело к приостановлению его деятельности в октябре 1993 г.

При подготовке проекта новой Конституции активно обсуждались иные организационно-правовые формы осуществления конституционного правосудия: создание конституционной коллегии в составе Верховного Суда; возложение конституционно-контрольной функции на Верховный Суд в целом (американская модель); образование Высшего судебного присутствия как своеобразной надстройки над Конституционным, Верховным и Высшим Арбитражным судами (что еще не встречалось в мировой практике). Некоторые из предложений, ведущие к принижению роли Конституционного Суда и передаче его функций другим структурам, объяснялись реакцией на политические обстоятельства предшествующего периода.

Конституция сохранила Конституционный Суд как самостоятельный институт власти, хотя и с измененной компетенцией. Однако составители проекта Конституции к моменту вынесения его на всенародное голосование не сумели прийти к единству в характеристике статуса Конституционного Суда, выраженному в четком определении. Этот пробел в Конституции восполнил ФКЗ от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", который на основе Конституции и в соответствии с ее ст. 128 установил полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного Суда (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447; с изм. и доп., действует в ред. от 5 февраля 2007 г.).

Статья 1 ФКЗ дает более четкое определение Конституционного Суда: судебный орган конституционного контроля, самостоятельно и независимо осуществляющий судебную власть посредством конституционного судопроизводства. В этом определении отражены основные черты Конституционного Суда: правовой статус - судебный орган, функция - осуществление конституционного контроля, главные принципы деятельности - самостоятельное и независимое осуществление судебной власти, процессуальная форма деятельности - конституционное судопроизводство.

В конституционном контроле в пределах своей компетенции участвуют и другие органы: Президент (ст. 85, 115 Конституции), Правительство, законодательные и исполнительные органы субъектов Федерации, суды общей и арбитражной юрисдикции, прокуратура. Однако судебный конституционный контроль - особая и самостоятельная сфера деятельности, осуществляемая специально на то уполномоченным органом - Конституционным Судом (в странах англосаксонской системы общего права это функция судов общей юрисдикции). Такой контроль выражается в проверке и оценке посредством специальной процедуры (конституционного судопроизводства) соответствия Конституции законов, других нормативных актов, которые в случае признания их неконституционными утрачивают силу, в разрешении споров о компетенции, толковании Конституции. Конституционный Суд действует в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод личности, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции, ее правовой охраны (ст. 3 ФКЗ от 21 июля 1994 г.).

Являясь особым органом судебной власти, Конституционный Суд, учитывая возлагаемые на него функции и полномочия по обеспечению верховенства и непосредственного действия Конституции, баланса властей, выступает одновременно и как высший конституционный орган одного уровня с федеральными звеньями президентской, законодательной и исполнительной властей. В этом выражается его двуединая правовая природа. Новый Закон о Конституционном Суде не сохранил термина "высший" при определении Конституционного Суда. Он действительно не является высшим органом в том понимании, что не возглавляет систему судебных органов, в том числе конституционные (уставные) суды субъектов Федерации, не является для судебной системы надзорной, кассационной или апелляционной инстанцией.

Вместе с тем Конституционный Суд - высший орган в том смысле, что он занимает высшее положение в механизме конституционного контроля в государстве, не поднадзорен никаким инстанциям, его решения носят обязательный характер, в том числе для всех других высших государственных структур, связан при осуществлении судопроизводства только федеральной Конституцией как вершиной правовой системы и ФКЗ о Конституционном Суде. В силу такого особого статуса Конституционного Суда из всех высших судебных органов только его компетенция, наряду с компетенцией Президента, палат Федерального Собрания, Правительства, определена непосредственно и развернуто в самой Конституции.

Действующая Конституция по сравнению с предыдущей увеличила численный состав Конституционного Суда с 15 (фактически были избраны и работали 13) до 19 судей. Это обусловлено как усложнением задач, стоящих перед Конституционным Судом в современный период, так и стремлением обеспечить посредством назначения новых судей (прежние сохранили свои полномочия) баланс в составе Суда представителей различных профессиональных и жизненных ориентаций и убеждений.

ФКЗ о Конституционном Суде предъявляет высокие требования к кандидатам на должность конституционного судьи. Им может быть только гражданин Российской Федерации, достигший ко дню назначения не менее 40 лет, с безупречной репутацией, имеющий высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее 15 лет, обладающий признанной высокой квалификацией в области права.

Конституция определяет порядок назначения судей Конституционного Суда (п. "е" ст. 83, п. "ж" ч. 1 ст. 102, ч. 1 ст. 128), который конкретизирован в ст. 9 ФКЗ о Конституционном Суде. Конституционные судьи назначаются Советом Федерации в индивидуальном порядке тайным голосованием по представлению Президента. Предложения о кандидатах в конституционные судьи могут вноситься Президенту различными органами, организациями и учреждениями, указанными в ч. 1 ст. 9 ФКЗ.

В отличие от других высших государственных структур, например Федерального Собрания, Президента, полномочия Конституционного Суда как органа не ограничены каким-либо сроком, что обеспечивает его большую самостоятельность, независимость во взаимоотношениях с законодательной и исполнительной ветвями власти. Этим же целям служит принцип несменяемости конституционных судей в течение срока, на который они назначены. Срок полномочий судьи Конституционного Суда неоднократно изменялся законодателем. В настоящее время установлено, что полномочия судьи Конституционного Суда не ограничены определенным сроком, но предельный возраст пребывания в этой должности - 70 лет. Это последнее изменение сроков полномочий внесено в ФКЗ о Конституционном Суде в апреле 2005 г. В течение указанного периода полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе, как в порядке и по основаниям, установленным ФКЗ о Конституционном Суде (ст. 12, 14, 17, 18 Закона).

Целям обеспечения независимости и беспристрастности, деполитизации Конституционного Суда и его судей служат положения названного ФКЗ о занятиях и действиях, несовместимых с должностью конституционного судьи. Статья 11 Закона устанавливает запреты: занимать какие-либо иные государственные или общественные должности, заниматься любой иной оплачиваемой деятельностью, кроме творческой (преподавательской, научной и др.); оказывать кому бы то ни было покровительство в правовой сфере; заниматься политикой; высказываться по предмету рассмотрения в Конституционном Суде до принятия по нему решения и т.д.

Основными принципами деятельности Конституционного Суда являются независимость, коллегиальность, гласность, состязательность и равноправие сторон.

ФКЗ от 21 июля 1994 г. внес принципиальные изменения в структуру и организацию деятельности Конституционного Суда, направленные на повышение ее эффективности и оперативности. Прежде Суд действовал в едином составе судей. Новый Закон предусмотрел образование двух палат, что открыло возможность осуществлять конституционное судопроизводство тремя коллегиями в форме пленарных заседаний и заседаний палат. При этом каждая палата выступает как Конституционный Суд - решения, принятые как на пленарных заседаниях, так и на заседаниях палат, юридически равнозначны: они являются решениями Конституционного Суда.

Палаты равноправны. Этому принципу в наибольшей степени соответствовало бы их образование с равным числом судей. Однако идея образования палат возникла уже после того, как общее число судей Конституционного Суда было определено в Конституции. Поэтому в палаты входят, соответственно, 10 и 9 судей.

Важной гарантией независимости Конституционного Суда, равенства прав судей являются положения ФКЗ об избрании самими судьями из своего состава тайным голосованием Председателя, заместителя Председателя и судьи-секретаря Конституционного Суда.

Осуществление конституционного судопроизводства посредством пленарных заседаний и заседаний палат потребовало разграничить компетенцию Конституционного Суда между ними. Закон установил, что на пленарном заседании может быть рассмотрен любой вопрос, входящий в компетенцию Суда (ч. 1 ст. 21). Вместе с тем имеются вопросы, подлежащие рассмотрению исключительно на пленарных заседаниях. Одни из них носят юрисдикционный характер, другие являются организационными. Они определены как в ч. 2 и 3 ст. 21, так и в других статьях ФКЗ о Конституционном Суде (ст. 15, ч. 2 и 4 ст. 17, ч. 3 и 5 ст. 18, ст. 23, п. 3 и 4 ч. 1 ст. 24, ст. 26, 42, 47, ч. 3 ст. 111). На палаты возложено разрешение дел, отнесенных к ведению Конституционного Суда и не подлежащих рассмотрению, согласно Закону о нем, исключительно на пленарных заседаниях (ст. 22). Перечень этих дел весьма обширен. Практика показывает, что основной объем работы Конституционного Суда приходится на палаты.

В последующих частях комментируемой статьи подробно регламентируются полномочия Конституционного Суда, ряд иных полномочий установлен в ст. 100, 104 Конституции (о посланиях Федеральному Собранию, праве законодательной инициативы).

2. Часть 2 анализируемой статьи определяет группу полномочий Конституционного Суда по разрешению дел о соответствии федеральной Конституции нормативных актов государственных органов и договоров между ними, не вступивших в силу международных договоров РФ. При этом речь идет об абстрактном нормоконтроле, т.е. о нормоконтроле вне связи с применением оспоренного акта в конкретном деле.

Юрисдикция Конституционного Суда в этой, как и в других, сфере определяется через закрепление не только перечня подлежащих проверке актов, но и круга правомочных субъектов обращения в Конституционный Суд. Комментируемая часть начинается с перечня таких субъектов. Если прежде правом обращения в Конституционный Суд обладали общественные организации, любой депутат Верховного Совета (что приводило к переносу политических дебатов депутатов из стен парламента в Конституционный Суд), Генеральный прокурор и др., то действующая Конституция предоставляет такое право более узкому кругу органов и лиц. Это Президент, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительство, Верховный Суд и Высший Арбитражный Суд, органы законодательной и исполнительной власти субъектов Федерации. Вместе с тем вряд ли оправданно исключение из этого перечня Генерального прокурора. Конституционный Суд в Постановлении от 18 июля 2003 г. N 8-П (СЗ РФ. 2003. N 26. Ст. 2695), на основе истолкования конституционно-правового смысла положений ФЗ о прокуратуре во взаимосвязи с нормами ряда других законов пришел к выводу, что федеральное законодательство не исключает и для Генерального прокурора возможность обращаться с запросом в Конституционный Суд о проверке конституционности конституций и уставов субъектов Федерации Сам Конституционный Суд не вправе рассматривать дела по собственной инициативе.

а) Пункт "а" комментируемой части к актам федерального уровня, конституционность которых правомочен проверять Конституционный Суд, относит прежде всего федеральные законы. Здесь, как и в ч. 2 ст. 4, п. "а" ст. 71, ч. 3 ст. 80, ч. 3 ст. 90 и ряде других статей Конституции, термин "федеральный закон" использован как родовое понятие, т.е. понятие, включающее и федеральные конституционные, и обычные федеральные законы, в отличие от использования этого термина в более узком смысле для обозначения обычных федеральных законов, например в ч. 2 ст. 105, ст. 107, ч. 5 ст. 129 Конституции. На это обращалось внимание в Постановлении Конституционного Суда от 29 июня 2004 г. N 13-П (СЗ РФ. 2004. N 27. Ст. 2804). Реакцией на дискуссию по вопросу о правомерности проверки Конституционным Судом конституционности федеральных конституционных законов, возникшую на другом заседании Конституционного Суда, было указание в его Постановлении от 21 марта 2007 г. N 3-П (СЗ РФ. 2007. N 14. Ст. 1741) на то, что положения ст. 125 Конституции во взаимосвязи с ее ст. 4 (ч. 2), 15 (ч. 1) и 120 предполагают: объектом проверки Конституционного Суда как специализированного органа судебного конституционного контроля, обеспечивающего верховенство Конституции, ее высшую юридическую силу, прямое действие и применение на всей территории Российской Федерации, являются, в частности, все законы, принимаемые Федеральным Собранием - парламентом Российской Федерации. Под действие комментируемого пункта подпадают также не утратившие силу законы СССР и РСФСР, но они подлежат проверке только по содержанию норм.

К юрисдикции Конституционного Суда следует отнести и проверку конституционности другой категории законов - о конституционных поправках, но до их передачи, согласно ст. 136 Конституции, на одобрение органам законодательной власти субъектов Федерации. Это обусловлено установлениями ст. 16 Конституции, согласно которым никакие положения Конституции не могут противоречить основам конституционного строя, закрепленным в гл. 1, и требованием ст. 135 о том, что положения гл. 1, 2 и 9 Конституции не могут быть пересмотрены Федеральным Собранием. ФЗ от 4 марта 1998 г. "О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации" (СЗ РФ. 1998. N 10. Ст. 1146) в ст. 11 возлагает на Верховный Суд полномочие проверять в порядке гражданского судопроизводства по жалобе Президента РФ или законодательного органа субъекта Федерации постановление Совета Федерации об установлении результатов рассмотрения закона о поправке к Конституции законодательными органами субъектов Федерации. Но это полномочие связано с установлением фактических обстоятельств, касающихся соблюдения установленного порядка рассмотрения закона в субъектах Федерации, а не с проверкой его соответствия указанным требованиям ст. 16 и 135 Конституции.

Конституционный Суд правомочен по запросам перечисленных в анализируемой части органов и лиц разрешать также дела о конституционности любых нормативных актов Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства независимо от их формы и наименования. Иные акты этих органов, норм права не устанавливающие, Конституционный Суд проверять не правомочен. Поэтому он вынужден отказывать в принятии к рассмотрению запросов, касающихся ненормативных актов. Такие запросы неоднократно поступали, например, от Государственной Думы.

Компетенция Конституционного Суда не распространяется на проверку конституционности конституционных положений, и они не могут быть признаны им недействующими. Такая правовая позиция неоднократно выражалась в определениях Суда об отказе в принятии к рассмотрению запросов, в которых, по существу, ставился вопрос о такой проверке (ВКС РФ. 1997. N 4, С. 20-23; 1998. N 3. С. 66-70 и др.).

Еще один важный критерий соответствия требованиям допустимости запросов, сформулированный Конституционным Судом и относящийся ко всем иным видам обращений, состоит в том, что запрос не должен противоречить предназначению и принципам деятельности Конституционного Суда, приводить к рассмотрению дела, в котором преобладают аспекты политической целесообразности и которое превращает Суд в участника в большей мере политического, нежели конституционно-правового процесса. Конституционный Суд решает исключительно вопросы права (СЗ РФ. 1995. N 49. Ст. 4867).

б) Пункт "б" определяет перечень актов субъектов Федерации, подлежащих проверке. Это прежде всего конституции республик и уставы других субъектов Федерации. Относительно законов и иных нормативных актов субъектов Федерации, также включенных в сферу юрисдикции Конституционного Суда, установлены определенные ограничения. Суд вправе проверять только те из них, которые изданы по вопросам, относящимся к ведению федеральных органов государственной власти (по этим вопросам субъекты Федерации вообще не вправе принимать какие-либо акты) и совместному ведению с органами государственной власти субъектов Федерации, но не к исключительному ведению последних.

Еще одно ограничение вытекает из самого понятия "нормативный акт субъекта Федерации". Под ним подразумевается нормативный акт, принимаемый органом законодательной или исполнительной власти субъекта Федерации, т.е. законодательными собраниями, думами, хуралами и т.п.; президентами республик, правительствами, администрацией субъектов Федерации. Иные нормативные акты, например акты республиканского министерства, органа местного самоуправления, как и ненормативные, не относятся к сфере юрисдикции Конституционного Суда. Они могут быть обжалованы в общие или арбитражные суды, орган конституционного контроля субъекта Федерации в соответствии с их компетенцией.

в) В п. "в" указаны договоры, конституционность которых правомочен проверять Конституционный Суд. При этом имеются в виду государственно-правовые, внутрифедеральные договоры, заключаемые между органами законодательной (или исполнительной) власти Федерации и ее субъектов или двух и более субъектов Федерации. Это договоры в сфере конституционно-правовых отношений, в публично-правовой сфере, например о разграничении предметов ведения и полномочий. В то же время под юрисдикцию Конституционного Суда не подпадают договоры имущественно-правового характера, в сфере экономической деятельности (ст. 27 АПК).

По всем перечисленным в п. "а"-"в" комментируемой части актам Конституционный Суд осуществляет последующий конституционный контроль, т.е. контроль вступивших в силу актов.

г) В п. "г" предусмотрено полномочие осуществлять предварительный конституционный контроль. Он связан с разрешением дел о конституционности не вступивших в силу международных договоров РФ. Правда, это положение не совсем точное. Правильнее было бы записать "не вступивших в силу для Российской Федерации международных договоров", так как до вступления в силу для России они еще не являются международными договорами РФ.

Все такие договоры с иностранными государствами (государством) или международной организацией независимо от того, заключаются ли они от имени Российской Федерации (межгосударственные договоры), или Правительства (межправительственные договоры), или федеральных органов исполнительной власти (договоры межведомственного характера), и независимо от вида и наименования (договор, соглашение, конвенция, протокол и т.д.) подпадают под юрисдикцию Конституционного Суда.

Статья 89 ФКЗ о Конституционном Суде в связи с этим уточняет: предметом оспаривания могут быть те международные договоры РФ, которые, согласно Конституции и федеральному закону, подлежат ратификации Государственной Думой или утверждению иным федеральным органом государственной власти. Категории международных договоров, подлежащих ратификации или утверждению, определены в ст. 15 и 20 ФЗ от 15 июля 1995 г. "О международных договорах Российской Федерации" (СЗ РФ. 1995. N 29. Ст. 2757). Но независимо от их законодательного перечня любой международный договор, представленный на ратификацию, утверждение или применение предусмотренного законодательством иного способа выражения согласия Российской Федерации на его обязательность, может быть оспорен в Конституционном Суде. Это относится как к международному договору в целом, так и, исходя из ст. 91 ФКЗ о Конституционном Суде, к отдельным положениям договора.

Особая важность данного полномочия обусловлена тем, что Конституция в ч. 4 ст. 15 впервые признала общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России составной частью российской правовой системы, а также примат названных договоров (ратифицированных и вступивших в силу для Российской Федерации) над законами страны при их применении.

В Конституционный Суд иногда приходили обращения, касающиеся проверки конституционности вступивших в силу международных договоров РФ (например, связанных с образованием СНГ). Однако Суд не правомочен рассматривать такого рода дела. Вопросы относительно недействительности действующих международных договоров решаются в соответствии с нормами международного права (ст. 46, 65, 66 и др. Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.//Ведомости СССР. 1986. N 37. Ст. 772).

Что касается федеральных законов о ратификации международных договоров, а также актов Президента и Правительства об утверждении, принятии международных договоров, то, по смыслу Конституции и ст. 46 Венской конвенции о праве международных договоров, обязательной для России как правопреемника и правопродолжателя СССР, Конституционный Суд правомочен проверять конституционность названных актов в случае явного нарушения ими положений Конституции о компетенции федеральных органов государственной власти заключать международные договоры.

3. Часть 3 возлагает на Конституционный Суд полномочие разрешать споры о компетенции. Такие споры могут быть связаны с вторжением одного органа в компетенцию другого, присвоением чужих полномочий посредством издания акта (нормативного или правоприменительного) или совершения действия правового характера; с уклонением органа от осуществления собственной компетенции или игнорированием компетенции другого органа при решении вопроса совместного ведения.

а) Рассматриваемое полномочие распространяется прежде всего на споры о компетенции между федеральными органами государственной власти (п. "а" ч. 3 ст. 125). К этим органам, исходя из ст. 11 Конституции, относятся Президент, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство, федеральные суды. На федеральном уровне действуют и другие государственные структуры: федеральные органы исполнительной власти (министерства, федеральные службы и агентства), Счетная палата, Центральный банк.

Однако, как следует из п. 1 ч. 1 ст. 93 ФКЗ о Конституционном Суде, оспариваемая компетенция должна быть определена Конституцией. Компетенция указанных иных федеральных государственных структур Конституцией прямо не устанавливается. Поэтому споры о компетенции с их участием Конституционный Суд рассматривать не правомочен, если только компетенцию какого-либо из этих органов нельзя вывести из конституционных норм о полномочиях Российской Федерации по вопросам ее ведения или по предметам совместного ведения с субъектами Федерации.

С другой стороны, федеральным представительным и законодательным органом является Федеральное Собрание в целом, а не каждая его палата в отдельности. Тем не менее и та и другая палата обладают собственной конституционной компетенцией. Поэтому не исключается возможность рассмотрения Конституционным Судом спора о компетенции между Советом Федерации и Государственной Думой.

Участниками спора о компетенции могут быть и высшие судебные органы, когда, например, орган законодательной или исполнительной власти вторгся в их компетенцию, присвоил полномочия судебной власти изданием акта или совершением действия правового характера. Однако, согласно п. 2 ч. 1 ст. 93 ФКЗ о Конституционном Суде, он не правомочен рассматривать спор о подведомственности дела судам или о подсудности, т.е. спор между судебными органами. Такие вопросы должен решать федеральный законодатель. Не правомочен Конституционный Суд рассматривать и споры имущественного характера, в частности связанные с принадлежностью тех или иных объектов конкретным собственникам. Это относится к юрисдикции других судов.

б) Пункт "б" комментируемой части возлагает на Конституционный Суд разрешение споров о компетенции по вертикали - между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов. Под первыми, в принципе, понимаются те же федеральные органы государственной власти с указанными выше ограничениями, под вторыми - аналогичные органы субъектов Федерации. Последние не могли быть конкретно определены в федеральной Конституции, учитывая особенности системы и компетенции органов государственной власти в каждом из субъектов. При выявлении конституционной компетенции этих органов необходимо, исходя из ч. 3 ст. 11 Конституции, опираться на анализ положений федеральной Конституции о вопросах ведения Федерации, совместного ведения Федерации и ее субъектов, исключительного ведения субъектов Федерации (ст. 71-73, 76 и др.), а также договоров о разграничении предметов ведения и полномочий в части, не противоречащей Конституции.

в) В п. "в" говорится о спорах о компетенции между высшими государственными органами субъектов Федерации (что равнозначно понятию "органы государственной власти субъектов Федерации"). При этом имеются в виду споры между высшими государственными структурами различных субъектов Федерации. Разрешение споров о компетенции между органами одного и того же субъекта Федерации к ведению Конституционного Суда не отнесено, что не исключает возможности делегирования ему этого полномочия на основе договора о разграничении предметов ведения и полномочий между органами Федерации и соответствующего субъекта Федерации. Такой вывод опирается на положения п. 7 ч. 1 ст. 3 ФКЗ о Конституционном Суде.

Обращение в Конституционный Суд о разрешении спора о компетенции называется ходатайством (в отличие от запросов по ч. 2 комментируемой статьи). С ним вправе обращаться любой из участвующих в споре органов, указанных в ч. 3 анализируемой статьи, а Президент также в случае, предусмотренном в ч. 1 ст. 85 Конституции. При этом необходимо соблюсти условия допустимости ходатайства, определенные в ст. 93 ФКЗ о Конституционном Суде, в частности обязательное использование досудебных согласительных процедур.

Конституционный Суд рассматривает споры о компетенции исключительно с точки зрения установленных Конституцией разделения властей и разграничения компетенции между федеральными органами государственной власти, а также с точки зрения разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Федерации и ее субъектов, между высшими государственными органами субъектов Федерации, установленного федеральной Конституцией, Федеративным и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий.

Вместе с тем часть 2 ст. 94 ФКЗ о Конституционном Суде делает существенную оговорку: если предметом спора о компетенции является нормативный акт, то проверка его конституционности по другим параметрам: по содержанию норм, форме акта, порядку его подписания, принятия, опубликования и введения в действие - возможна только на основании отдельного запроса и в другой процедуре, установленной для рассмотрения дел о конституционности нормативных актов. Правда, как следует из ст. 86 ФКЗ о Конституционном Суде, при использовании и этой процедуры возможна проверка конституционности нормативного акта с точки зрения разделения властей, разграничения компетенции, предметов ведения и полномочий. В принципе, от заявителя зависит, какую процедуру он предпочитает при рассмотрении его обращения, учитывая, однако, требование ч. 2 ст. 94 ФКЗ о Конституционном Суде.

Примером реализации рассматриваемого полномочия является Постановление Конституционного Суда от 1 декабря 1999 г. N 17-П по спору о компетенции между Советом Федерации и Президентом относительно принадлежности полномочия по изданию акта о временном отстранении Генерального прокурора от должности в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела (СЗ РФ. 1999. N 51. Ст. 6364).

4. В ч. 4 рассматриваемой статьи закреплено новое полномочие Конституционного Суда, имеющее важное значение для защиты конституционных прав и свобод личности. По жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов Конституционный Суд правомочен проверять конституционность закона, примененного или подлежащего применению